Не разрушая январский гипноз,
Сделав горячего чая глоток,
Хочется вместе пойти на каток
Даже в колючий Крещенский мороз,

Сонным комочком мягкой заботы,
Встав на носочки, чтоб шарф намотать,
Глядя в глаза у тебя узнать:
«Какие планы на эту субботу?»

Принцессы нежно миру улыбаются,
Кокетливо корону поправляя.

Но, а бывает, что по клубам шляются,
Свою тоску текилой заливая.

Им по судье, на белой кобылице
В обнимку с ветром бы к заре летать,
Но феям на восходе слаще спится
И снова в стойле лошади стоять.

Дрова в камине быстро разгорятся,
В стекле мерцая с красным-полусладким
И, слышат все, принцессы матерятся,
Когда в их мире что-то не в порядке…

Принцессы тоже плачут и смеются,
Цвести в минуте, каждой, уставая,
Забыв про белую ручную кобылицу,
Что на заре одна, без них, летает...

Я прощаю за то, что больше не любишь
И что нечего новому дню передать.
Не рассказывай мне, с кем сегодня ты дружишь,
В темноте не хочу о тебе рыдать.

Ты наверно хороший, я точно не знаю
И по счастью, узнать уже не получится.
Я к другому сегодня иду на свиданье,
А планета, не вздрогнув, по-прежнему, крутится.

Представь, что мне нет дела до тебя.
И накопившаяся злость идёт в работу,
Через весеннюю ленивую дремоту
Всё легче каждый новый день скользя.

Я погружаюсь с головой в дела,
В создание заждавшейся поэмы
И раздвигаются в моём сознанье стены.
Я для чего-то путь с тобой прошла.

Пусть было мной проиграно сраженье,
Но я не жертва на твоей войне.
Живи нарцисс, на радость, лишь себе,
Нет дела мне до твоего цветенья…

Прозрачный воздух захватил меня
И я его вдыхаю полной грудью.
Ведь сами мы виновники и судьи,
А мне нет больше дела до тебя.

Мне очень нужно чтобы ты писал!
Только я не любимая, не жена.
Как открытую книгу меня ты читал
И, по-сути, всё это моя война.

Почему не могу обойтись без слёз,
Почему бесконтрольно сердце колотится
И нелётный опять передали прогноз,
И настройки на счастье от этого портятся.

Почему после ссоры ты первый не пишешь,
Почему не скажешь, что я нужна.
Почему без меня ты спокойно дышишь?

Я тебе не любимая, не жена.

Душу тащат в разные стороны
Белый ангел и сатана,
Ночью совесть склевали вороны,
И это только моя война.