Слова легли на лист. А тот сгорел в огне.
А ветер разметал весь пепел по бурьяну.
И нет уже ни слов, ни боли.
В тишине
Подвергнуться решил, увы, самообману.

Часы в сплошной поток, не оставляя след,
Надежды луч угас, и рушатся ступени.
Мерцает позади воспоминаний свет...
Уходят люди, исчезают тени.

А я опять гляжу в пустой дверной проём.
Но нет в нём ничего: ни слов, ни лиц, ни смеха.
И взгляд мой в никуда, и мысли ни о чем.
Лишь вторит ветер сам себе, как эхо.

Но может где-то там, за гранью пустоты,
Дадут соединить разорванные нити,
И вспыхнет вдруг огонь растерзаной мечты,
Сожженных книг, где сны еще не смыты.

В потоке и тьмы, и света,
Устав от дневного "боя",
Впиваясь во все приметы,
Забыв, - на мгновение, - кто я,

Свой взор устремляю в небо,
Дождаться хочу ответа.
Но тихо совсем... А мне бы...
Плевал я на все приметы!

Ловлю я дыхание ночи,
Живу я опять в напряге.
Поддержку найти б средь прочих...
Да лучше прильнуть к коряге!

И пусть мне в ответ ни слова,
Ушедшие годы пылью,
Пойти на скалу готов я...
Свои там расправлю крылья!

Мне б вырваться прочь из ада,
И пусть будет домом небо...
Не болен... Прошу, не надо
Навязывать мне плацебо.

Не знаю негласных правил,
Плевать мне на все запреты,
Я в небо запрос отправил,
И пусть мне дадут ответы.

В этой жизни никто мне не должен.
Но и я никому не должна.
Ряд претензий к себе лишь возможен...
Что посеяла, то и взяла.

Всем, кто рядом со мной, благодарна,
Кто ушел, - досвидос, не всплакну...
Не была я с тусой элитарной.
Никогда не стремилась ко дну.

Я в ладонях рассветы держала,
Я ныряла в небесную синь...
Если вдруг я кого-то послала,
В путь счастливый, дружище... Аминь.

Я застряла меж Раем и Адом.
Зацепилась за что-то рукой.
Но, возможно, что Богу так надо,
Чтоб была я сейчас и такой.

Тень и свет здесь сплетаются туго,
Нет границы у зла и добра.
Здесь иметь можно верного друга
И не вырасти может трава.

В наше прошлое нет здесь дороги.
Всепути ведут только вперед.
Здесь туманы, дожди и тревоги,
Здесь любовь в нашем сердце живёт.

Здесь волшебные всюду рассветы,
Тут закат неземной красоты, - оберегом меж тьмою и светом.
Здесь любимых родные черты.

В этом мире законов, запретов,
В тихом шепоте прожитых лет
Мы храним искру тайного света,
Драгоценней которого нет.

Холодно, дико страшно,
Пусто и одиноко.
Шаг за порог. Напрасно.
В яме лежу глубокой.

Тьма надо мной нависла
И тишина. Ни звука.
И бесконечна мысль,
Что не протянут руку.

Что же ждала я ? Мира,
Счастья, любви, победы...
Сердце давно остыло,
Смотрят с укором де́ды.

Вспыхнуло что-то. Вроде.
Искрой в тени рассвета.
Тучи на небосводе
Смотрят. Но без ответа.

Пальцы в сырую землю...
Значит еще живая.
Голосу сердца внемлю.
Рано. Не умираю.

Да. Вылезаю. Вот я!
Слышу раскаты грома...
Платье моё в лохмотья.
Но! Скоро буду дома.

Грязь? Ничего, отмоюсь.
Будут тепло и пища.
Только теперь раскроюсь.
Больше не скажут: "Нищий!".

Выпрямила я спину.
Страхи остались в яме.
Прошлого глянец сгинул.
Больше нет места драме.

Нет, оглянулась все же.
И на момент застыла.
Будто бы... Фу, прохожий.
И навсегда забыла

Жизни мелькнувшей глянец, -
Видно, из преисподней.
Жизнь — это просто танец
В ритме внезапных молний.